— Это случилось, Наталья Валентиновна.
— Но почему? Зачѣмъ? Для чего это понадобилось Максиму Павловичу?
— Наталья Валентиновна, мнѣ очень трудно отвѣтитъ на этотъ вопросъ.
— Нѣтъ, я прошу васъ. Вы должны сказать мнѣ все, что думаете. Почему онъ нашелъ нужнымъ сдѣлать это?
— Но какъ почему? Онъ писатель. Въ сущности, это былъ его долгъ… Вѣдь ясно же, что онъ написалъ правду…
— Можетъ быть, можетъ быть… Я въ этомъ такъ мало понимаю. Но если ужъ это было необходимо, развѣ не могъ это сдѣлать кто нибудь другой? Зачѣмъ Максиму Павловичу вмѣшиваться въ политику, къ которой онъ въ сущности равнодушенъ?
— Нѣтъ, Наталья Валентиновна, это вовсе не политика. — Это — извините меня… Я говорю о своемъ дядѣ… Это просто обманъ.
— Вы тоже такъ думаете, Володя?
— Я убѣжденъ въ этомъ.
— Нѣтъ, не можетъ быть… Я теряюсь. Я не могу такъ думать… Я всегда думала, что сильному человѣку не надо прибѣгать къ обману. А вѣдь Левъ Александровичъ сильный.