— Слушайте, я не знаю уж, как вам это и сказать… — промолвил Чигринский.
— А что ещё?
— Да ведь сюртука одного мало…
— Зачем же вам два сюртука? — сострила и засмеялась Лопатина.
— Не в том дело. А нужно ещё…
Она взглянула на Чигринского и только теперь увидела, до какой степени лицо у него смущённое.
— Господи! — воскликнул он тоном отчаяния и опустился на стул, — что я за несчастный человек! Ведь нельзя же так идти, сами согласитесь! Ведь вы же понимаете, до какой степени я желаю проводить вас!
— Ну, уж действительно… Знаете, ещё сюртук я могла достать вам, но…
Чигринский на это не сказал ни слова. Он запустил обе руки себе в волосы и мрачно смотрел вниз. Между тем, Марья Петровна в это время была уже совсем готова к вечеру. Её русые волосы были завиты, новая кофточка блистала белизной, появились бантики, брошечка, шпильки.
— Что ж мне с вами делать? — промолвила она, — послушайте, Анчаров дома?