Он кликнул стражу.
- Старшего брата заковать в цепи и бросить в тюрьму, - приказал он. - А младший пусть сегодня же до захода солнца не поленится внести за
него выкуп - сто золотых монет. Ну, а если он предпочтет проваляться это время на своем тощем тюфяке или сыграть с приятелями в кости
где-нибудь в трактире - пускай потом пеняет на себя. Не будь я король, но на закате голова старшего брата слетит с плеч.
Под вечер весь город собрался на площади перед дворцом. Сперва меня все это очень забавляло. На балконах расселись знатные дамы в пышных платьях. Я затеял с ними развеселую возню. Налетишь на какое-нибудь кольцо или ожерелье, оно засверкает, а я отскочу от него и прямо кому-нибудь в глаз. Бедняга морщится, жмурится, загораживается ладонями, а мне смешно.
Но вот на площадь вышел палач. Весь в черном, в черном длинном капюшоне. Ни на кого не глядя, тяжелым шагом он медленно поднялся на помост и встал неподвижно, опершись обеими руками о топор.
Стражники вывели на площадь старшего брата. Кое-кто из моих братишек, те, кто поглупее, обрадовались, бросились скакать по его цепям.
Но мне стало как-то не по себе.
А тут еще чувствую, беда! Солнце тянет меня за собой, а само уходит за дальние горы.
Я попробовал было его удержать, уцепился за позолоченный шпиль колокольни. Да разве Солнышко удержишь?