- К сожалению... - Добрый Прохожий развел руками, озабоченно глянул в окно. - А вдруг - вы только представьте себе - именно сейчас, в эту минуту, кто-нибудь заблудился в темноте? Неужели он так никого и не встретит, кто поможет ему, подбодрит, подскажет верный путь?
И Добрый Прохожий торопливо вышел из таверны.
- Бездельник, бродяга, - пожала плечами хозяйка таверны.
- Замолчи, о женщина, - сурово посмотрел на нее адмирал Колумб. - Что ты смыслишь в этом? Твое дело цедить вино из бочки да уметь подать его с любезным поклоном.
- Бросьте, адмирал, - усмехнулся капитан Какследует. - Наша хозяйка, наша красотка Джина, может болтать все, что ей вздумается. Уж свое-то дело она делает как следует! А это самое главное, как любил говорить мой покойный дедушка.
- Вы очень любезны, капитан, - с улыбкой посмотрела на него хозяйка таверны. - И ваш покойный дедушка тоже.
Да, пожалуй, хозяйку таверны "Золотая рыбка" и впрямь можно было назвать красавицей!
Черные как смоль волосы были уложены в высокую затейливую прическу, и пламя свечей приплясывало среди блестящих черных локонов. Взгляд ее быстрых темных глаз порой становился таким пронзительным, таким отточенно-острым, что казалось, ее глаза могут уколоть, ужалить... Но... красотка Джина улыбалась. Улыбалась всегда и всем. Ласковая, но какая-то неподвижная, словно застывшая, улыбка никогда не сходила с ее лица.
Хромой слуга с деревянной ногой, похожей на перевернутую бутылку, однажды ночью, взбираясь к себе на чердак, остановился передохнуть возле двери своей хозяйки. Просто так, из любопытства глянул в полуоткрытую дверь.
Ярко светила плоская серебряная луна.