Валька хотел было сказать, что "Мечту" он собирался подарить Аленке, а вовсе не какой-то там Елене Сергеевне, от которой к тому же надо почему-то еще и прятаться, но промолчал.
Он оттянул в сторону край плаща и глянул вверх.
Владельцем плаща оказался совсем не старый человек, а даже, скорее, молодой. Такой худощавый, с длинным лицом и в очках.
Но главное было не это, совсем не это!
У незнакомца были необыкновенные, удивительные глаза. Валька сразу это заметил, Его глаза были теплые. Да что там теплые - они грели! Даже через очки!
Уж вы мне поверьте. Честное слово! Одна Валькина щека и один Валькин глаз сразу отогрелись. Пальцам, оттянувшим край плаща, и то стало тепло.
- Все прекрасно, но пойдемте ко мне, Валентин Валентинович, - озабоченно сказал странный человек. - Во-первых, вы промочили ноги, а во-вторых, эти мокрые варежки в правом кармане вашего пальто... Нет, нет, идти домой в таком виде я вам, откровенно говоря, не советую.
Валька не стал с ним спорить. Идти сейчас домой, пожалуй, и вправду не стоило. Потому что мама всякий раз просто из себя выходила, когда он являлся домой с мокрыми ногами. Можно было подумать, что промокшие ботинки и варежки - мамины смертельные враги.
Так вдвоем они и двинулись по улице. Чтобы удобнее было идти, Валька прижимался к незнакомцу, а тот крепко и ласково обнимал его за плечи.
Тугая шелковая подкладка плаща приятно поскрипывала. А в кармане плаща, который оказался как раз возле Валькиного уха, что-то сухо постукивало, словно там терлись друг о друга речные ракушки и мелкие камешки.