Правда, что те, кои этого не делают, более имеют, нежели те, кои это делают. Те, кои за печкой сидят, едят рябчиков; те же, кои во след наукам странствуют, питаются молочным супом; те, кои из углов о себе трубят, носят золотые цепи и мантии, те же, кои странствуют, насилу за дерюжную ткань уплатить могут. Те, кои за городской стеной, — то в тепле, то в прохладе сидят; те же, кои науке служат, даже тени бы не имели, ежели бы дерев не было. И тот, кто своему чреву служить хочет, тот за мной не последует, он за тем последует, кто в шелковых платьях ходит. И правильно, что они странствовать не хотят: ибо уже Ювенал написал, что только тот радостно странствует, кто ничего не имеет; потому они это изречение соблюдают: дабы убитыми не быть, сидят они за печкой и пивные кружки опрокидывают. Я же полагаю, что до сего времени мои странствования честно провел, и сие мне служит к похвале, а не к стыду. И это хочу я доказать от самой натуры. Кто ее исследовать хочет, тот ногами своими должен книги ее пройти. Писания изучаются через буквы их, натура же — от страны к стране; что ни страна, то страница. Такова книга закона натуры и так следует страницы ее перевертывать».
За эти годы начали складываться и его политические взгляды.
Общественная жизнь этой эпохи была полна столь острых противоречий между различными классами, что пытливому наблюдателю невольно должна была приходить мысль о плохом социальном устройстве этого мира. Парацельс слишком много путешествовал, видел и знал, чтобы глубокие язвы существовавшего строя могли остаться для него незаметными.
Правда, окончательно его социальные идеалы оформились позднее, после того как в Базеле в кружке гуманистов он ознакомился с новыми социальными идеями, а великая крестьянская война и последовавшая за ней реакция продемонстрировали глубочайшие противоречия, заложенные в классовом строе.
Пребывание почти во всех передовых европейских странах дало ему материал для понимания событий, развертывавшихся в Европе. Уже вскоре он выступил в печати с брошюрой, посвященной прогнозу ближайших политических событий. Брошюра эта была выпущена в 1529 году нюренбергским издателем Фридрихом Пейпусом.
В те годы, когда не существовало периодической печати, подобные предсказания событий, обычно на пред стоящий год, писались многими учеными. Но, главные образом, это было дело астрологов, которые предсказывали будущие события по звездам. Поэтому позднее говорили, что Теофраст занимался астрологией и был в плену у заблуждений этой ложной науки. Но это неверно. Парацельс в своих произведениях высмеивал тех, кто мечтает узнать по звездам все события, происходящие в мире, и тайны людей. Его прогнозы были просто высказываниями политически осведомленного человека, конечно, с солидной долей фантазии, в которорой у Теофраста недостатка не было. Во всяком случаи брошюра доктора Теофраста Парацельса имела большой успех и в краткий срок выдержала пять переизданий.
В прогнозе на 1530–1535 годы есть одно примечательное место. Парацельс предсказывал, что из Франции некто вторгнется в Римско-германскую империю, поработит ее, назовется императором и с великой пышностью возвратится обратно во Францию. Человек этот принесет большой вред Германии, однако вся деятельность его не оставит после себя значительного следа.
Очевидно это отражает полученные Теофрастом от посещения Франции впечатления о росте и военном могуществе этой страны. По оригинальному капризу судьбы это предсказание Парацельса осуществилось, правда… через три столетия.
За годы странствований сложились его философские воззрения, ибо он уже в ближайшем будущем изложил их основы в своих сочинениях.
Наконец за это десятилетие Теофраст окончательно разочаровался в господствовавших медицинских воззрениях и разработал основы собственного медицинского учения.