Рана, нанесенная этим пасквилем самолюбивому ученому, была столь тяжела, что кровоточила всю жизнь; он никогда уже не мог отрешиться от воспоминаний об этом случае.
Грубому издевательству было предано все то, что казалось Парацельсу священным, он и его дело выставлены на позор невежественной и падкой на сенсации толпе.
Душа Галена против Теофраста (богоречивого), а вернее Какофраста (злоречивого).
Слушай-ка ты, что стремишься чернить наше славное имя.
Ты почитаешь меня ритором с жалким умом,
Думаешь, я не сумел овладеть Махаона искусством,
Если же даже владел, к делу не смог применить.
Кто ж это мог бы стерпеть? Да, не знал всяких трав я презренных,
Лука не знал, чеснока. Корень, чтоб нюхать, я знал;
Знаю, что голову он отродясь прочищает недурно,