— Государь, — шепнул он, — достойный Саргон ожидает милостивого ответа…
— Так ответь ему, — сказал, весь вспыхнув, царевич, — что я не понимаю, по какому праву он говорит со мной, как равный с равным.
Ментесуфис смутился, что еще больше рассердило Рамсеса. У него дрогнули губы и засверкали глаза. Но халдей Издубар, понимавший по-египетски, поспешил шепнуть Саргону:
— Падем ниц!
— Почему это я должен падать ниц? — спросил с возмущением Саргон.
— Пади, если не хочешь лишиться милости нашего царя, а то и головы…
Сказав это, Издубар распростерся на полу во весь рост — и Саргон рядом с ним.
— Почему я должен лежать на брюхе перед этим молокососом? — ворчал он в негодовании.
— Потому что он наместник фараона, — отвечал Издубар.
— А я разве не наместник моего государя?