— Поймана, но ее пришлось отправить в восточные колонии… Ее поразила проказа…
— О боги! — прошептал Рамсес. — Не угрожает ли она и мне?
— Будь спокоен, господин, если ты заразился, она бы уже постигла тебя.
Царевич почувствовал холод во всем теле.
Как легко богам с величайших вершин столкнуть человека в бездну глубочайшего горя!
— А негодяй Ликон?
— Это великий преступник, — ответил Пентуэр, — преступник, каких немного породила земля.
— Я его знаю: он походе на меня, как мое отражение, — ответил Рамсес.
Теперь приближалась группа ливийцев, ведущих диковинных животных. Впереди шел одногорбый верблюд, обросший белесоватой шерстью, один из первых пойманных в пустыне. За ним два носорога, табун лошадей и прирученный лев в клетке. А дальше множество клеток с разноцветными птицами, обезьянами и собачонками, предназначенными для придворных дам. В самом конце гнали большие стада быков и баранов — довольствие для солдат.
Наследник лишь мельком взглянул на этот зверинец и спросил жреца: