Что друг? Я сам не осмеливаюсь перечитывать написанное: слишком велик страх перед собственными безднами. Так и тянет бросить всё это в огонь. Но я уже однажды проявил малодушие и сжег свои записки. Тогда я боялся каторги, а теперь я боюсь Бога. Он послал "ангела" Дантеса, - а он и вправду красив, как ангел - покарать меня. Я уже начинаю заговариваться с чего ни начну, все возвращаюсь к нему.
* * *
Старость - это возвращение в детство, смерть - это возвращение в рождение, в пизду. В пизду могилы.
* * *
И плевать мне на то, что у Л. в мыслях или в душе, если она раздвигает для меня ноги, стонет и корчится подо мной.
* * *
Сделав порочный шаг измены, я ступил на путь, который любой последующий шаг, будь он сам по себе даже и честным, превращал в бесчестный. Этот путь для меня - путь в пропасть. В силу моего темперамента, я не умею остановиться и довожу все до крайности, а крайность на этом пути ведет к саморазрушению.
* * *
0 свежей беременности не принято говорить в обществе, так как она по времени слишком близка к ебле. Растущий живот переносит внимание на его содержимое, которое для общества и представляет единственное оправдание похоти.
* * *