* * *
Когда я гляжу на свою Мадонну, во мне возникают два чувства: хочется молиться ей за её верность и в то же время хочется её за верность проклинать.
Верность её - это упрёк моему распутству, это жестокий укор, это рана, которую она торжественно бередит. Я уверен, что если бы я не изменял ей, то она тотчас изменила бы мне.
* * *
Поиздевался над Д. и выеб его любовницу. А у него был французский насморк.
Заразил Н. Получилось, что Дантес, если не выеб Н., то все-таки прикоснулся к её пизде через меня. У неё на счастье была тогда сильная простуда, и я уговорил Н., что ей нужно делать ванночки с добытым мной лекарством, которое якобы снимает простуду. По ночам я мазал ей влагалище мазью, якобы для того, чтобы хуй лучше скользил. Так бы и вылечил без ее ведома. Но Азя увидела мазь и случайно раскрыла секрет.
Трещина необратимая.
* * *
Эти записки я не смею показать никому из ныне живущих, ни даже Нащокину.
Полностью обнаженную душу не в состоянии принять даже лучший друг.