— Спроси вот их, — ответил Воробьев. — Мы, девять человек, расседлали, а вот эти, — указал Воробьев на группу Сыча, — бузят. Помещение, видишь ли, не нравится.
Гришин шагнул в центр сычевской группы и обратился прямо к Сычу.
— Тебя спрашиваю, что случилось?
Не поднимая от земли глаз, Сыч, передернув плечами, ответил:
— А я почем знаю? Вот уговаривал их, а они не хотят, не нравится им расположение.
— Какой же ты помощник взводного, если тебя не слушают? Мне такой помощник не годится. Тов. Воробьев, с этого момента ты будешь моим помощником, а Сыч бойцом, — бросил Гришин.
Как пружиной, подбросило Сыча. Подскочил к Гришину вплотную.
— Кто ты такой, чтобы менять да назначать? — зашипел Сыч.
— А я докладывал комбригу, и он приказал так сделать, — отходя к Воробьеву, проговорил Гришин.
Воробьев начальническим тоном, подражая командиру третьего эскадрона, в котором раньше служил, громко крикнул: