Барон Рихард был наблюдательнее. Для него не было ничего дороже Полины.
Заметив выражение муки на лице ее, Рихард стал уговаривать молодую девушку согласиться на прогулку в лес.
Задушевная доброта „дядюшки Рихарда“ и деликатное умалчивание о вещах, могущих взволновать ее, подействовали на Полину успокоительно, облегчив, как слезы при тяжелом горе.
Все общество замка, собиралось отправиться к пастору, и какое-то тайное предчувствие заставило Полину сдаться на неотступные уговоры барона Рихарда и присоединиться к компании. Фон Браатц сообщил Полине, что Геллиг обедал вместе с другими и будет участвовать вместе в охоте на лисиц.
Молодая девушка со вчерашнего вечера, разъединившего их, не видела Геллига и теперь, с чисто женской непоследовательностью, волновалась при мысли, что Геллиг уже забыл ее!…
Она несколько раз за день подходила к окну, надеясь увидеть его хоть мельком и, когда ей это не удалось, ее мучил страх, что он заболел или уехал совсем.
Когда же дядя Рихард сообщил ей, что видел Геллига здоровым, Полина стала уверять себя, что ей необходимо повидать его для того, чтобы позаимствовать у него силы характера и мужества!
И сегодня Полина уже сетовала на то, что Геллиг слишком пунктуально исполнял ее желания, на которых она так настаивала вчера!…
О, женщины, женщины, кто вас поймет!
Барон Рихард говорил о Геллиге очень мало и так неопределенно, что Полина решила сойтись поближе с Гедвигой Мейнерт, надеясь, что она сможет утолить ее жаждущее сердце подобном разговором. Барон Рихард сознательно не распространялся о Гансе Геллиге…