Барон Рихард имел привычку посвящать первый час каждого утра исключительно самому себе!… Для его подвижной и живой натуры, время сосредоточенности и размышления, время, когда он обсуждал и анализировал про себя свои предположения и решения, были настоятельно необходимы!…
В отличном расположении духа, ничем не волнуясь и не тревожась, барон беззаботно шагал по широким, усыпанным мягким щебнем и красным песком, дорожкам. По временам он останавливался, залюбовавшись на оригинальную группу роскошных, столетних деревьев или каким-нибудь, стоящим в полном цвету, кустом… Пением птиц, которых здесь было множество и самых разнообразных пород, он прямо-таки наслаждался.
Парк был разбит на широкую ногу и содержался в большом порядке. На всем была заметна деятельная и заботливая рука, которая со вкусом и знанием дела управляла здесь в продолжение многих и долгих лет.
Этот господский дом и громадный парк в продолжение тридцати лет, составляли изолированный мирок покойного Ридинга! Что же мудреного, что все это он постарался отделать так красиво и привлекательно?!
И вот, помимо всякого желания со стороны Рихарда, мысли его остановились на воспоминании о Ридинге…
Он в раздумье замедлил шаги и медленно, испытующим взором осмотрелся вокруг, как бы желая ориентироваться в этом уединенном и благоуханном мирке цветов и зелени. Лицо его получило оттенок большей серьезности, чем обыкновенно. Когда он, за минуту до этого, прислушивался к свисту дрозда, лицо его улыбалось, теперь же было суровым. Но в этом не было ничего удивительного!
Воспоминание о Ридинге всегда было мучительным для барона!… Оно чуть-чуть не помешало ему приехать сюда… Да он и не приехал бы, если бы Полина не осаждала его такими странными, полного нравственного страдания, письмами.
Почему же было так тягостно воспоминание о Ридинге для Рихарда?… Почему так тяжело было у него на душе сейчас, когда он озирался по сторонам отгороженного мирка, в котором долгие годы жил покойный?!
Правда, они оба протянули руки к одному и тому же заманчиво блестевшему им навстречу сокровищу… Счастье же выпало на долю Рихарда фон Браатц, и Ридингу пришлось замкнуться в себе и отчаянно страдать… Но ведь барону Рихарду пришлось потом еще больше страдать, когда он убедился, что золотой блеск этого сокровища оказался фальшивым!
И если на долю Ридинга выпало только уединение, то Рихарду было куда горше: он был ужасно разочарован и оскорблен в своих самых лучших чувствах… Так кто же из них двоих наиболее был достоин сожаления.