– Да мы так, поглядеть, – сказал один товарищ подлиповцев.
– Эка невидаль! Заставить бы вас поробить, так покаялись бы. Пила не понимал: чего тут трудного? уж не горят ли тут люди? «Вон поп баял, как помрешь, так в огонь и бает, турнут… и никогда, бает, не сгоришь. Boт этот огонь-то и есть…» Ему страшно сделалось.
– Подем, ребя! Ошшо спалят! – говорит Пила товарищам. Товарищи разговаривали с рабочими.
– Уж как трудновато. Не знаем – дрова в кучу складывать, не знаем – бросать в печь, – говорил один из работников.
– Эй вы, черт!.. что встали? Помогай дрова таскать! – кричал один мужик, бросая в варницу дрова, привезенные на семи лошадях. Подлиповцы с товарищами стали бросать к печке дрова. Подлиповцы охотно работали, их пробирал пот, им хорошо показалось носить дрова и бросать их в кучу.
– Баско, Сысойко!.. – говорил Пила, осклабляясь.
– Баско…
– Ты говори спасибо: не я, так съели бы тебя тамока.
– Ну их к цорту на кулицки. А мы не пойдем отселева?..
– Коли бурлачество – баско… только лиже печь-то, огнище-то эво! Спалят ошшо…