— В голове у вас помутилось, что ли? Хлопчик-то тут при чем?
— А вот при чем. Хлопец Валека сейчас — как тот дубок. Он вроде как и не родился. А когда начальство его запишет в книгу, когда он будет числиться в табели и составят на него метрику, когда его внесут в списки и отправят списки в волость, — тогда только можно сказать, что он есть. Это вам начальство говорит!
Солтыс еще долго разглагольствовал, но его никто не слушал. Заговорили о крестьянах, которые на прошлой неделе уехали в Бразилию.
— Говорят, весною целыми деревнями тронутся.
— А вчера Ясек Адамов ушел.
— И в Воле тоже трое хозяев землю продали и туда сбираются.
— На гибель идут! Пропадут там все — и больше ничего.
— Неправда! Земли там — бери, сколько хочешь. И на обзаведение денег дают.
— А ксендз с амвона другое говорил.
— Ксендз говорит то, что ему нужно, а ты начальству обязан верить! — важно перебил солтыс. Он присел на сундук, расстегнул полушубок, потому что после супа ему стало жарко, и пошел плести всякие небылицы о Бразилии. Так расписывал, что у людей глаза разгорелись и слюнки текли.