Куда же направился Кассий Колхаун?
Конечно, не в свою спальню. Разве мог спать человек, терзаемый такими муками!
Он спешил в комнату своего двоюродного брата, Генри Пойндекстера.
Не теряя времени, чтобы взять свечу, он шел быстрыми шагами по извилистым коридорам.
Свеча, впрочем, и не понадобилась.
Ставни не были закрыты, и лунные лучи, проникая сквозь оконные решетки, достаточно хорошо освещали комнату. Можно было различить ее скромную обстановку: умывальник, небольшой столик, несколько стульев и кровать с пологом из кисеи для защиты от надоедливых москитов. Юноша спал тем беззаботным сном, каким наслаждаются только люди с чистой совестью. Его красивая голова спокойно лежала на подушке, по которой раскинулись в беспорядке густые блестящие кудри. Колхаун приподнял кисею, и лунный луч упал на лицо юноши, осветив его мужественные, благородные черты. Как не похоже было это лицо на лицо склонившегося над ним двоюродного брата, тоже красивое, но отмеченное печатью низменных страстей!
— Проснись, Генри, проснись! — будил кузена Колхаун, тряся его за плечо.
— А? Это ты, Каш? Что такое? Надеюсь, не индейцы?
— Хуже, гораздо хуже! Скорее! Вставай и посмотри. Скорее, а то будет поздно! Вставай и посмотри на свой позор, на позор своей семьи! Скорее же, иначе имя Пойндекстеров станет посмешищем всего Техаса!
После такого предупреждения, конечно, никому из членов семьи Пойндекстеров не захотелось бы спать. Юноша сразу вскочил и с недоумением посмотрел на кузена.