— Нет, сударь, но…
— А то, что как только отворилась дверь, в нее полетели туфли и еще какие-то вещи, — это также нечаянность?
— Нет, сударь, — отвечал уныло бедный Парсон.
— Что же было нечаянностью, в таком случае?
— Вы, сударь… то есть мы вас не ждали…
— В этом я уверен. Позвольте узнать: для кого предназначались ваши приготовления?
— Для вельчитов, сударь… Они…
Парсону хотелось поскорее объясниться, но учитель снова перебил его, обратившись к Кьюзеку и компании:
— А ваши приготовления для кого предназначались?
— Для парретитов, сударь, — был единодушный ответ.