— Что это? Слышишь? — воскликнул вдруг Ферберн. — Уж не наши ли возвращаются?
Ферберн угадал. Со стороны города доносился какой-то звук; можно было разобрать топот многих ног и гул голосов. Звук быстро приближался и из отдаленного гула скоро перешел в сплошной рев. Очевидно, вильбайцы возвращались всей гурьбой, и возвращались далеко не мирно. Слышны были крики: «Сомкнись, наши! Пробивайся дружней!», «Долой радикалов! Да здравствует Пони!» Эти крики часто покрывались возгласами других, более грубых голосов: «Долой школяров! Бей их!» Все это значило, что между городским населением и школой происходила драка и что вильбайцы грудью пробивают путь к дому. Казалось, весь город преследует их по пятам; им то и дело приходилось останавливаться и расчищать себе дорогу. Однако, несмотря на превосходные силы неприятеля, вильбайцы подвигались к дому и с каждым шагом вперед оглашали воздух торжествующим криком: «Да здравствует Пони!»
Высунувшись в окно, Риддель и Ферберн увидели авангард «своих». Добежав до школьной ограды, беглецы распахнули ворота и с оглушительным гамом ворвались во двор. Старшина и его друг не могли не ощутить некоторой гордости при виде этих молодцов, смело пробившихся сквозь полчища врагов. Битва была не на живот, а на смерть: оборванное платье и обезображенные лица героев ясно свидетельствовали об этом. Последними прибежали Гем, Ашлей, Типпер и еще несколько старших воспитанников; они, очевидно, заняли опасный пост в арьергарде нарочно, чтобы сдерживать напиравшую сзади толпу. Грустное зрелище представляли все они, когда вбежали наконец во двор. Преследователи не рискнули проникнуть за ограду, но, стоя снаружи, не переставали браниться.
— Запирай ворота! — крикнул Гем.
Толпа школьников бросилась было исполнять команду, как вдруг за воротами раздался крик:
— Помогите!
При звуке этого голоса Риддель вздрогнул и как был, без шапки, выскочил в окно прямо на дорогу, где стояла толпа горожан. Ферберн последовал за ним.
— Наш остался за оградой! Выручай своего! — кричали во дворе.
— Не пускай их! Держи ворота! — отвечали им снаружи.
— Это Виндгам, — проговорил Риддель, задыхаясь от скорого бега. — Его убьют!