— Вы? Зачем же?! — мог только выговорить Виндгам, и в голосе его послышался упрек.
— Разве для тебя не лучше, чтобы это сделал я вместо Силька? — спросил, улыбаясь, старшина.
Тут только Виндгам сообразил суть дела и, по своему обыкновению, бросился в другую крайность.
— Ах да, теперь я понимаю, — затараторил он. — Какой я неблагодарный! Спасибо вам, голубчик… Что бы я делал без вас?! А как вы думаете, очень мне достанется?
— Думаю, что не очень, но все-таки достанется.
— Лишь бы не исключили! — крикнул Виндгам уже веселым голосом и побежал к директору.
Когда кончились утренние уроки, Риддель пошел в отделение директора: ему хотелось поскорее узнать об участи Виндгама. Но в отделении было пусто. Риддель хотел было уже вернуться к себе, как вдруг чей-то голос окликнул его. Риддель обернулся и увидел Джилькса, который делал ему знаки из своей комнаты. Когда Риддель вошел, Джилькс запер за ним дверь и начал молча ходить по комнате. Наконец он остановился и, не глядя на Ридделя, нерешительно начал:
— Я позвал тебя, потому что мне хотелось… то есть я решил сказать тебе… — Но вдруг, не кончив фразы, он спросил: — Директор, наверное, не поверил моему нездоровью?
— Не знаю, он ничего мне не говорил, — отвечал Риддель.
По мере того как Риддель вглядывался в Джилькса, ему становилось все больше и больше жаль его. Все лицо Джилькса было покрыто красными пятнами, глаза распухли от слез; он, видимо, переживал очень тяжелые минуты. Помолчав немного, точно собираясь с духом, Джилькс сказал отрывисто: