Дѣйствительно, Ла-Героньеръ, не на шутку напуганный такою перспективой, безпрекословно подчинялся всѣмъ распоряженіямъ инженеръ-медика, принявшаго его на свое попеченіе.
Филоксенъ Лоррисъ, великій ученый, у котораго этотъ инженеръ-медикъ былъ просто на-просто домашнимъ секретаремъ, имѣлъ, очевидно, свои особыя соображенія, когда, проектируя для сына обручальную поѣздку, назначилъ спутниками жениху и невѣстѣ именно доктора Сюльфатена и его паціента. Въ самомъ дѣлѣ, Филоксенъ имѣлъ съ своимъ секретаремъ долгое совѣщаніе и далъ ему обстоятельныя инструкціи, заканчивавшіяся слѣдующими предписаніями:
— Роль ваша, другъ мой, по отношенію къ обрученнымъ будетъ въ сущности очень простою. Мнѣ надо лишь, чтобъ они вернулись поссорившись другъ съ другомъ, или, по крайней мѣрѣ, чтобъ мой вертопрахъ Жоржъ утратилъ дорогія иллюзіи, которыми украшаетъ теперь свою невѣсту. Вы, разумѣется, знаете, что влюбленный находится какъ-бы въ состояніи гипноза, и оказывается поэтому жертвой систематическихъ иллюзій. Наша цѣль должна заключаться въ томъ, чтобъ разбудить его и разсѣять его иллюзіи. Стоитъ только нѣсколько разъ набросить тѣнь на блестящій предметъ, чтобъ онъ утратилъ чрезмѣрное свое сіяніе!.. Вы, безъ сомнѣнія, понимаете, что у меня имѣются на сына совершенно иные виды. Я прочу ему въ невѣсты дѣвицу Купаръ, — сенатора Сартскаго департамента, или достопочтенную Бардо, — доктора всѣхъ наукъ. Дѣло устроилось-бы всего лучше, еслибъ вы сами женились на этой барышнѣ! За приданымъ я не постого. Или, пожалуй, выдайте ее замужъ за Героньера… Вашъ Ла-Героньеръ становится мало по-малу довольно представительнымъ. Вы, безъ сомнѣнія, меня поняли. Тѣмъ временемъ, имѣя у себя подъ рукой вашего паціента, производите надъ нимъ опыты, необходимые для задуманнаго нами крупнаго предпріятія. Мелкія хлопоты изъ-за этой взбалмошной молодежи не должны отвлекать нашего вниманія отъ серьезныхъ вещей!
— Слушаю и понимаю! — подтвердилъ Сюльфатенъ.
Читатель могъ убѣдиться, что Филоксенъ Лоррисъ, дѣлая видъ, будто соглашается женить сына на избранницѣ eго сердца, поступалъ, однако, не безъ задней мысли. Онъ надѣялся, что въ концѣ концовъ обручальная поѣздка окончится охлажденіемъ и разрывомъ между женихомъ и невѣстой. Тогда кровь Лоррисовъ, испорченная атавистическимъ вліяніемъ предка-художника, будетъ имѣть случай возродиться женитьбой Жоржа на докторѣ всѣхъ или, по крайней мѣрѣ, нѣсколькихъ главнѣйшихъ наукъ. Для большей увѣренности въ томъ, что обрученные непремѣнно поссорятся другъ съ другомъ, онъ приставлялъ къ нимъ надежнаго человѣка, который. безъ сомнѣнія, съумѣетъ разсѣять иллюзіи юнаго Лорриса и выяснить ему всѣ непріятныя стороны столь легкомысленнаго брака.
VI
Націоналыный Арморикскій паркъ, закрытый для современной промышленности и всѣхъ научныхъ нововведеній. — Дилижансъ. — Прежняя жизнь въ прежней обстановкѣ. — Гостинница св. Ива въ Керноелѣ.—Совершенно новая сторона въ Сюльфатенѣ.
Волны океана ласково и нѣжно плещутся о блестящій, словно позолоченный песокъ узенькой бухты, окаймленной живописными скалами, вздымающимися мѣстами совершенно отвѣсно. Скалы эти увѣнчаны массами зелени, свѣшивающейся съ нихъ иногда до самаго уровня волнъ. Погода стоитъ прекрасная. Вся природа какъ будто улыбается. Солнце сіяетъ и отъ скалъ, обрызганныхъ бѣлою пѣной, доносится чарующая дивная пѣснь лепета волнъ.