Филоксенъ Лоррисъ назначилъ Эстеллу Лакомбъ въ самое главное отдѣленіе большой своей лабораторіи, а именно въ отдѣленіе новыхъ изслѣдованій. Инженеры этого отдѣленія, составляющіе, если можно такъ выразиться, главный штабъ великаго ученаго, работаютъ вмѣстѣ съ нимъ и на его глазахъ. Большинство изъ нихъ — корифеи науки, посѣдѣвшіе въ лабораторіяхъ, давно уже пріобрѣли себѣ славное имя и считаютъ величайшей радостью жизни корпѣть надъ книгами и химическими приборами. Рядомъ съ этими старцами работаютъ сравнительно немногіе молодые люди, у которыхъ Филоксенъ Доррисъ угадалъ зарождающійся геній. Великій ученый направляетъ этихъ энергическихъ юныхъ тружениковъ на неизслѣдованные пути, способные привести къ раскрытію невѣдомыхъ еще тайнъ природы.
Что же дѣлала бѣдняжка Эстелла съ своимъ сравнительно легкимъ научнымъ багажемъ среди этихъ свѣтилъ современнаго знанія? Невѣста Жоржа находила очередные вопросы въ лабораторіи и самыя обыденныя темы производившихся тамъ изслѣдованій несравненно болѣе трудными, запутанными и головоломными, чѣмъ все, что приводило ее въ недоумѣніе, въ то время, когда она, приготовлялась къ экзаменамъ на дипломъ инженера. Прислушиваясь къ разсужденіямъ своихъ коллегъ и пытаясь хоть сколько-нибудь понять интересовавшія ихъ задачи, молодая дѣвушка испытывала такое чувство, какъ еслибъ голова у нея собиралась треснуть и разорваться на части.
Эстеллу сперва прикомандировали къ дамамъ, занимавшимся въ отдѣленіи новыхъ изслѣдованій. Каждая изъ нихъ въ той отрасли знанія, которую выбрала своей спеціальностью, нисколько не уступала бородатымъ своимъ сотоварищамъ. Одна изъ ученыхъ дамъ, вышедшая когда-то первой по женскому отдѣленію политехнической школы, сперва было заинтересовалась молодой дѣвушкой. Она думала, что Эстелла, безъ сомнѣнія, обладаетъ необычайными научными свѣдѣніями и геніальнѣйшими способностями, такъ какъ въ противномъ случаѣ Филоксенъ Лоррисъ не принялъ бы ее въ главную лабораторію. Выяснивъ себѣ вскорѣ истинный уровень знаній и научныхъ талантовъ Эстеллы, эта дама отвернулась съ гримасой презрительнаго негодованія отъ представительницы прискорбнаго древняго женскаго легкомыслія.
Эстеллу назначили тогда секретаремъ при инженеръ-медикѣ и старшемъ секретарѣ Филоксена Лорриса, Сюльфатенѣ, правой рукѣ знаменигаго ученаго. Молодая дѣвушка этому очень обрадовалась, во-первыхъ потому, что уже не боялась Сюльфатена, относившагося къ ней съ извѣстнаго рода снисходительностью, а во-вторыхъ потому, что могла чаще встрѣчаться съ Жоржемъ Лоррисомъ. Она стала проводить цѣлые дни въ большой секретарской залѣ, записывая поступавшія требованія, передавая иной разъ приказанія, или же принимая отъ фонографовъ распоряженія Филоксена Лорриса, чтобъ сообщить ихъ въ качествѣ дневного приказа многочисленнымъ директорамъ особыхъ отдѣловъ. Филоксенъ Лоррисъ постоянно пользовался фонографомъ. Такимъ образомъ, вездѣ и всюду, даже въ самыхъ отдаленныхъ изъ числа принадлежавшихъ ему заводовъ и фабрикъ, голосъ великаго ученаго возбуждалъ и поддерживалъ усердіе главнѣйшихъ его сотрудниковъ.
Чтобъ ознакомиться съ наиболѣе выдающимися новыми предпріятіями, надъ окончательной разработкой которыхъ трудился неутомимый геній Филоксена, достаточно было-бы позволить себѣ маленькую нескромность и присутствовать безъ его вѣдома при нѣсколькихъ дѣловыхъ совѣщаніяхъ его съ посторонними лицами. Вотъ, напримѣръ, хоть теперь, въ большой секретарской залѣ бесѣдуютъ съ великимъ ученымъ нѣсколько смуглолицыхъ джентльменовъ съ курчавыми волосами и бородами и усами черными, какъ вороново крыло. Всѣ они въ иностранныхъ военныхъ и штатскихъ мундирахъ. Это костарикскіе дипломаты, прибывшіе вмѣстѣ съ комиссарами отъ военнаго вѣдомства договориться ва счетъ поставки новыхъ усовершенствованныхъ орудій и снарядовъ. Филоксенъ Лоррисъ съ лаконизмомъ человѣка, старающагося не тратить даромъ даже и четверть минуты, какъ разъ въ это время излагаетъ сущность вопроса.
— Короче сказать, господа, — объясняетъ онъ, прерывая словоохотливаго дипломата, — Коста-рикская республика для предполагающейся своей войны съ Придунайскимъ королевствомъ…
— Прошу извинить, но у насъ о войнѣ не было и рѣчи, — возражаетъ дипломатъ. — Слѣдовало сказать: Коста-рикская республика, чтобъ обезпечить сохраненіе мира съ Придунайскимъ королевствомъ… Вѣдь у насъ ведутся еще съ нимъ переговоры. Пока не дошло даже и до посылки ультиматума!.. Все дѣлается, значитъ, только съ цѣлью обезпечить сохраненіе мира!..