– А чернила, – продолжал паук, – делаются из арестантской похлёбки с примесью толчёного кирпича.
– А кирпич откуда?
– Да ведь стены-то в тюрьме кирпичные!
– Понятно, – сказал Чиполлино. – Заходи, пожалуйста, завтра в мою камеру. Я тебе дам письмецо.
– Обязательно зайду, – обещал почтальон и отправился своим путём, чуть-чуть прихрамывая.
– Ты что, ушиб ногу? – спросил Чиполлино, – Да нет, это ревматизм. Понимаешь ли, мне вредно жить в сырости. Я уже старик, мне бы нужно переселиться в деревню. Там у меня есть брат, который живёт на кукурузном поле. Каждое утро он раскидывает меж стеблей свою паутину и целый день наслаждается солнцем и чистым воздухом. Он много раз приглашал меня к себе, но ведь я не могу бросить свою работу. Когда берёшься за что-нибудь, так уж надо выполнять дело до конца. А кроме того, у меня свои счёты с принцем Лимоном. Его придворный лакей убил моего отца: прихлопнул бедного старика на кухне. Там на стенке до сих пор ещё осталось чуть заметное пятнышко. Иногда я захожу поглядеть на этот памятный мне след и говорю себе: «Когда-нибудь и принца Лимона прихлопнут, да так, что даже и следа не останется». Правильно я говорю?
– Никогда я ещё не видел такого благородного паука! – с восхищением сказал Чиполлино.
– Каждый делает что может, – скромно ответил маленький почтальон.
Прихрамывая, он добрался до окошка и пролез в коридор под самым носом у какого-то Лимонишки, который в эту минуту заглянул в «глазок», чтобы удостовериться, все ли в порядке.
Выбравшись из камеры, Хромоног спустился по паутинке и отправился дальше по своим делам.