ГЛАВА ДВАДЦАТЬ ЧЕТВЁРТАЯ,
Чиполлино теряет всякую надежду
В тот же день Чиполлино оторвал клочок от своей рубашки и разделил его на несколько кусков.
«Вот и почтовая бумага, – подумал он с удовлетворением. – Теперь подождём, пока принесут чернила».
Когда Лимонишка принёс ему похлёбку на ужин, Чиполлино не стал её есть. Ложкой он наскрёб со стены немного кирпича, насыпал его в воду и хорошенько размешал, а затем черенком той же ложки написал несколько писем.
"Дорогой отец! – говорилось в первом письме. – Ты помнишь, что я тебе обещал? Так вот, эта минута приближается. Я все хорошо обдумал. Целую тебя.
В письме, адресованном Кроту, говорилось:
"Милый старый Крот, не думай, что я тебя забыл. В неволе мне делать нечего, и я всё время думаю о старых друзьях. Я думал, думал и придумал, что ты, наверно, можешь помочь мне и моему отцу. Я знаю, что это нелегко. Но если тебе удастся собрать сотню кротов, то общими усилиями вы преодолеете все трудности. Жду твоего скорого ответа, то есть жду тебя в своей камере. Итак, до свидания.
Постскриптум: