Сын Леопарда поднял над головой палицу и ждал приближения Агу и его брата, поставив ногу на плечи побежденного. Агу сделал огромный скачок к Нао, но сын Леопарда уклонился в сторону и, подбежав к Роуку, нанес ему сокрушающий удар палицей. Тяжелая дубина оттолкнула неловко подставленное Роуком копье и с хрустом опустилась на незащищенный череп. Второй противник свалился на землю.
Продолжая уклоняться от прямого боя с Агу, Нао задорно крикнул ему:
— Где твои братья, Агу? Нао победил их так же, как серого медведя, тигрицу и людоедов! Гляди, Нао свободен, как ветер! Ноги сына Леопарда быстрей и выносливей твоих.
Снова отбежав на несколько сот шагов, Нао остановился и, глядя на приближавшегося Агу, крикнул:
— Нао не хочет больше бежать! Этой ночью он убьет тебя или сам погибнет от твоей руки!
Он метнул копье в сына Зубра. Но и к тому уже вернулась обычная осторожность: он замедлил свой бег и не спускал глаз с Нао. Копье просвистело в воздухе над пригнувшимся к земле Агу.
— Нао умрет! — крикнул косматый человек. Теперь он не спешил, зная, что противник волен принять бой или отказаться от него и что, если Нао захочет убежать, он все равно не может догнать его. Агу подвигался вперед мелкими шажками, часто останавливаясь и размахивая палицей и копьем. В каждом движении его чувствовался привычный боец. Несмотря на гибель своих братьев, Агу не боялся рослого, плечистого и подвижного Нао. Он был самым сильным в семье и до сих пор не знал поражений: ни человек, ни животное никогда еще не уходили живыми от его палицы.
Подойдя на близкое расстояние, он метнул копье. Агу не надеялся ранить Нао и не огорчился, увидев, что тот уклонился от острия. Сам он так же легко избегнул дротика, брошенного Нао.
Теперь у обоих оставались только палицы. Обе одновременно поднялись над головами. Обе были из крепкого дуба. На длинной палице Агу было три сучка. От долгого употребления она казалась отполированной. Палица Нао была ровнее и короче.
