— Разве Нам потерял слух и чутье? — возрази, Нао. — Или он умеет бегать быстрее пещерного льва?
Нам опустил голову. Из рощи доносился мощный храп льва, подтверждавший справедливость слов Нао. Молодой воин понял, что опасность была такой же грозной, как и в то время, когда хищники спали возле самого убежища.
И тем не менее в сердцах уламров зародилась надежда: брачный союз льва и тигрицы должен был заставить их искать логовище, ибо крупные хищники почти никогда не ночуют под открытым небом, особенно в дождливый период.
Огненный шар солнца скрылся за лесом, и сердце трех людей стеснила тоска. Эту тоску испытывают все травоядные с наступлением сумерек. Неприятное чувство еще усилилось, когда из лесу снова вышли пещерный лев и тигрица. Поступь льва была размеренной и важной. Тигрица, наоборот, радостно и шаловливо резвилась вокруг него.
Над саванной поднялся многоголосый рев голодных зверей. Хищники кружили вокруг убежища уламров и зеленые огоньки сверкали в их глазах. Наконец пещерный лев прилег на траву вблизи каменных глыб а его подруга побежала в прибрежные камыши на поиски добычи.
Несколько звезд загорелось на темном небе. Вслед за тем повсюду высыпали бесчисленные крохотные светящиеся точки и отчетливо вырисовались заливы, острова и реки Млечного пути.
Гаву и Наму не было никакого дела до звезд. Но Нао смутно ощущал величие и красоту звездного неба. Ему казалось, что большинство звезд — это огненная пыль, вспыхивающая и тут же угасающая, как искры от костра. Однако, он замечал, что есть звезды, которые каждую ночь сияют на одних и тех же местах.
Луна всплыла над чащей деревьев, осветив пещерного льва, дремлющего в высокой траве, и тигрицу, рыскающую между лесом и рекой в поисках добычи.
Нао беспокойно следил за ней глазами.
Его мучила жажда. Нам также страдал от жажды; он не мог заснуть. Глаза молодого уламра горели лихорадочным блеском…