Если бы мама знала!
Если бы мама знала, что Травка летает на дирижабле почти над самой ее головой, она, наверное, перестала бы так теребить Алюту. Но она даже забыла, что Травка вылетел в Циолковск на дирижабле, хотя ей и говорили про это по радиотелефону.
И Железнов, и Катенин, и Травка хотели показать маме с Алютой, что они тут, рядом, но у них ничего не выходило. Они проплывали над самой маминой головой и давали громкие сигналы. Но вокруг летало столько аэропланов, дирижаблей и воздушных велосипедов, что ни мама, ни Алюта не обращали никакого внимания.
Травка написал: „Мама, я здесь. Алюта, твой папа тоже здесь“. Он выбросил записку из окошка гондолы, но бумажка поплыла по воздуху и упала далеко на аэродроме. Травка посмотрел на обоих летчиков. Те посмотрели друг на друга.
— Делать нечего, придется слезать, — сказал Спартак Васильевич. — Давай трап, Катенин.
И. И. Катенин подошел к механизму, при помощи которого из гондолы выбрасывалась лесенка.
Но тут раздался голос по радио:
— АЛЛО! ВО ВРЕМЯ ОТПРАВЛЕНИЯ ЗВЕЗДОЛЕТА ЗРИТЕЛЯМ ОСТАВАТЬСЯ ВБЛИЗИ АЭРОДРОМА ВОСПРЕЩАЕТСЯ. ВСЕМ, КТО НАХОДИТСЯ НА ЗЕМЛЕ, НЕОБХОДИМО СЕЙЧАС ЖЕ ОТЪЕХАТЬ НА ДВА КИЛОМЕТРА. АЭРОПЛАНАМ И ДРУГИМ ТЯЖЕЛЫМ ЛЕТАТЕЛЬНЫМ МАШИНАМ ОТЛЕТЕТЬ НА ПЯТЬ КИЛОМЕТРОВ. ДИРИЖАБЛЯМ — НА ДЕСЯТЬ КИЛОМЕТРОВ. ЗВЕЗДОЛЕТ ВЫЗОВЕТ ПРИ ОТПРАВЛЕНИИ ВИХРЬ ГРОМАДНОЙ СИЛЫ. ОСТАВАТЬСЯ БЛИЖЕ, ЧЕМ УКАЗАНО, КРАЙНЕ ОПАСНО.
— Я так и знал, — сказал Катенин. — Летим. — И он снова стал на свое место к рулям дирижабля.
— А как же с дочкой? — произнес Железнов. — Она ведь здесь одна, в чужом городе. Ты один не справишься? Я бы слез.