— А за твою голову, Остапе, и за Петра Бажана по сто карбованцев обещали, а за живых, говорят, «ще и больше дамо, тилько приведите!»
— Ну и що же, — спрашивал Остап. — Много народу нас шукали?
— Та ни, народ тут честный, своих не продаст! Только Митрий Кочерга та Рудый Пиленко обещали и от себя по сотне за Остапа та за Петра.
— А що ж мне про мою матку никто не скажет?.. — пытливо глядя в глаза крестьян, тихо спросил Остап.
Люди стали смущенно переглядываться, незаметно перешептываться, иные отворачивались.
— Ну!.. — настойчиво ждал ответа Остап.
Какая-то старуха, крестясь и продвигаясь ближе к Остапу, громко закричала из толпы:
— Покойно ей теперь, сыночек, дуже покойно...
— Померла?..
— Отдыхают ее косточки, сыночек, отдыхают.