Не успел он допеть эту песенку, появились четыре волшебные птицы и накрыли стол, какой бывает разве что у бояр да у самого царя. Позвал Роман-Нэздрэван всю змееву прислугу; ели они и пили, пока не одолел их сон. Поменялись братья с бабами одеждой, обрядили их в свои мужичьи зипуны да и завалились спать. Только они задремали, явился змей с мечом головы им отсекать. Увидел он на братьях бабьи одежды, прошел дальше и отсек головы своим же прислугам. Отсек и ушел себе спать. Разбудил тогда Роман-Нэздрэван двух других братьев - и дай Бог ноги. Шли они, долго шли, длинной была дорога, данная нам от Бога, эта присказка осталась позади, а сказка будет впереди.
Что будет, то будет, сказка поведать не забудет, в наш дом Господь прибудет.
Шли они три дня и три ночи. Видят - дворец стоит, да такой, что глаз от него не оторвать. Подошли все трое к его воротам. А той порой у окна царь сидел, заметил он братьев и послал управителя спросить, чего они ищут. Вернулся управитель, передал царю их просьбу. Двум старшим братьям царь повелел на конюшню слугами идти, а Романа-Нэздрэвана приказал обрядить в дорогие одежды и во дворце оставить.
Вскоре сделал царь Романа-Нэздрэвана главным над всеми дворцовыми слугами. Как узнали об этом два других брата, задумали Романа погубить.
И вот, когда царь как-то собрался на прогулку, подошли они к нему, шапки в руках мнут и говорят:
- Царь-государь, да продлятся дни твои без счета! Брат-то наш Роман похвалялся, будто клушу с золотыми цыплятами может достать у змея Таратына с бородой в два аршина да с языком в четыре.
Велел тут царь позвать Романа-Нэздрэвана.
- Сказывали мне твои братья, что похвалялся ты клушу с золотыми цыплятами достать у змея Таратына с бородой в два аршина.
- Эх, твое величество, кто слова такие молвил, не добра мне желает, а погибели. Но милостив Господь, достану тебе клушу, хотя бы мне это жизни стоило.
- Запомни, Роман, не принесешь мне клушу, скатится с плеч твоя голова.