— Ты что, Лида, отказалась от нее, что ли? — шутливо продолжала Валя своим громким, уверенным голосом. — А ты, Женя, почему вдруг нос повесила?.. Радуйся, что с дерева не сорвалась!
Женя взглянула на вожатую и опять виновато опустила глаза.
Жене долго было не по себе, и она чуть ли не до самого вечера всех сторонилась. Только перед самым ужином она выбежала в сад.
Солнце закатилось за купол соседнего кинотеатра. Небо было светлое, чистое, без единого облачка. Одуряюще пахли табаки.
На веранде хозяйничали Лида и Шура. Они отворили окна. Круглый стол накрыли вышитой холщовой скатертью. Поставили на него жестяные банки с незабудками и ромашками. Женя вместе с Ниной уселись на ступенях веранды. Рядом примостилась Майя. А где Майя, там всегда и Кира.
Нина держала Женю за пояс и сыпала без умолку:
— А наша агава… она будет выше дома… Через сто лет… Правда, девочки?
— За сто лет один ответ, — отрезала Майя Кириным голосом: и даже немного «окая» Кира была горьковчанка.
Кира фыркнула.
— Нет такой пословицы! — засмеялась Нина. — Я знаю: «Семь бед…»