«Как же так? — думала она. — Я — начальник штаба и даже не сообразила, что Жене надо помочь. А Лида вот догадалась. Она еще вчера в саду говорила: Женя что-то задумала, неспроста она девочек сторонится… И ведь Тамара Петровна меня предупреждала: «Поделикатней будь с Женей, не руби сплеча…»
— Шура, а почему ты все молчишь? — спросила Лида. — Ты ведь начальник штаба. Мы бы хотели тебя послушать.
Шура неловко поднялась:
— Да что тут говорить! Все и так сказано. — Запинаясь, она продолжала: — Я только о тетрадке… Конечно, стыдно иметь такую тетрадь. Но ведь и у нас раньше были грязные, и мы друг другу помогали. И теперь кому надо помогаем. Пускай совет выделит отличницу, чтобы она занималась с Женей. И если она поступит не в пятый, а в третий, и то не стыдно.
Все это было верно. Но смущенная Шура говорила так тихо, что ее не все слышали. Шум в пионерской усилился, и Лида сказала, что вопрос об отличнице совет решит сам. А сейчас надо скорее писать открытки, а то время уходит.
Кира торопливо дописывала, что решили на сборе:
«Первое: как можно скорее найти Жене сестру Зину.
Второе: помочь Жене не делать ошибки и кляксы и поступить в школу.
Третье: собрать все марки, какие еще годятся наклеивать».
Кира едва успела поставить точку — девочки уже тянули скатерть из-под ее тетради.