— Ужасно было скучно! — вырвалось у нее. — Так скучно!..
Девочки в недоумении переглядывались, улыбались. Галя Платонова прикрыла лицо рукой. Позади раздался сдавленный смех. Застенчивая, обычно молчаливая Света Икрамова зажала себе рот обеими руками и валилась на парту.
— Икрамова, почему тебе весело? — строго спросила Нина Андреевна.
— Простите, я нечаянно… я просто… — Губы и щеки Светы вздрагивали, она еле сдерживалась, чтобы не рассмеяться.
Учительница подошла к ней. Класс замер.
— Итак, я жду. Объясни.
Света посмотрела на Женю, которая стояла с виновато опущенной головой. Нет, она не хотела выдавать подругу, у которой организм ни с того ни с сего борется! И Света невольно залилась громким, заразительным смехом. Девочки не выдержали. Смех прокатился по всем партам.
— Икрамова, что с тобой? Если не можешь успокоиться, выйди из класса!
Женя хотела броситься к Свете, крикнуть: «Нина Андреевна, Икрамова тут ни при чем! Это все из-за меня!» Но ведь тогда она должна рассказать все — и даже про то, как ее обидели. А это значит пойти против всего дома… И, не зная, как же поступить, она растерянно смотрела то на учительницу, то на Свету.
Вера Красикова вскочила: