Мне показалось, что смерть пришла ко мне раньше срока. Ведь я ещё молод! Я ещё ничего не успел! Я даже ещё не понял, зачем живу, — а вот уже конец так близок! Я не хочу умирать!…
Прежде — смерть, например, в сражении казалась мне геройством и не заставляла задуматься о смысле жизни. Я тогда не ощущал реальность смерти, но видел лишь подвиги и славу. Но я даже не имел того, за что воистину не жаль было бы умереть!
Я думал, что царевич должен быть готов умереть за свою страну. Но я не знал своего народа, не научился любить свою страну! Только теперь, путешествуя неузнанным, я увидел беды и проблемы людей моего царства! Если бы я остался жив и стал править, то я, быть может, сумел бы помочь очень многим! Но я уже ничего не успею!
Я уже почти прожил свою жизнь — и не сделал ничего важного, нужного!
Принёс ли я хоть кому-нибудь радость, сделал ли хоть кого-то счастливым? Ведь нет!
Мне горько думать об упущенном времени жизни! И страшно думать о смерти! Но я не могу о ней не думать! Ты полагаешь, быть может, что я просто малодушный трус… Но меня гнетёт не только страх неизвестности за порогом смерти, но и бессмысленность всей моей жизни!
Мне не захотелось провести остаток дней в постели — в медленном умирании перед толпой врачей и жалеющих меня родителей! Я не хотел больше видеть скорбные лица! Я не хотел быть объектом для заработка — для лекарей всех мастей! И я уехал.
У меня осталось очень немного времени, и я должен успеть найти ответы на свои вопросы: «Зачем я жил?», «Зачем вообще живут люди?», «Почему смерть завершает всё?»
… Алёнушка слушала царевича тихо, внимательно, как никто прежде не слушал его. Она взяла его за руку, словно стараясь облегчить страдание. Её нежность, ласка и покой словно отогревали сердце царевича.
— Отчего Вы говорите так, словно смерть уже наступила? Ведь Вы живы — и, значит, Вы можете, ещё многое понять и сделать! Помочь, например, многим людям!