Прошло и лето. Наступила осень. Начались заморозки. Перепадал первый мягкий, как пух, снежок. Черное Ушко не показывался.
- Придет, косой... - утешал Богач Еремку. - Вот погоди: как занесет все снегом, нечего будет есть, ну, и придет. Верно тебе говорю...
Но выпал и первый снег, а Черное Ушко не показывался. Богачу сделалось даже скучно. Что же это в самом деле: уж нынче и зайцу нельзя поверить, не то что людям...
Однажды утром Богач что-то мастерил около своей избушки, как вдруг послышался далекий шум, а потом выстрелы. Еремка насторожился и жалобно взвизгнул.
- Батюшки, да ведь это охотники поехали стрелять зайцев! - проговорил Богач, прислушиваясь к выстрелам, доносившимся с того берега реки. - Так и есть... Ишь как запаливают... Ох, убьют они Черное Ушко! Непременно убьют...
Старик, как был, без шапки побежал к реке. Еремка летел впереди.
- Ох, убьют! - повторял старик, задыхаясь на ходу. - Опять стреляют...
С горы было все видно. Около лесной заросли, где водились зайцы, стояли на известном расстоянии охотники, а из лесу на них гнали дичь загонщики. Вот затрещали деревянные трещотки, поднялся страшный гам и крик, и показались из заросли перепуганные, оторопелые зайцы. Захлопали ружейные выстрелы, и Богач закричал не своим голосом:
- Батюшки, погодите!! Убьете моего зайца... Ой, батюшки!!
До охотников было далеко, и они ничего не могли слышать, но Богач продолжал кричать и махал руками. Когда он подбежал, загон уже кончился. Было убито около десятка зайцев.