А кто кроме него, домового, этот непорядок исправлять должен? Никто! На то Кузька и домовой, чтобы следить за тем, чтобы в доме все по правилам было.
Глава 3. На помощь!
— Кузенька, ты только посмотри, как интересно, — уговаривает Наташа домовенка, — ну не понравились тебе эти мультики, давай другие посмотрим или на фильм какой-нибудь переключим.
— Ага! Хотите, чтобы и я в чучело превратился! Ни за что! Знаю я эти волшебные штучки. Стоит только расслабиться, как тут же в голову туман зашлют, руки-ноги паутиной окутают, в рот ваты натолкают, — горячится Кузька. — Уберите с моих глаз долой этот волшебный ящичек, вот и весь мой сказ!
— Кузенька, он чудешный, — тихонько вторит Наташе шишига, — он песенки петь умеет и картинки занятные показывает.
— И тебя заворожил? — всплеснул руками домовенок. — Беда на мои лапти! Подумаешь, умеет орать дурным голосом да дерущихся человечков и чудищ невиданных показывает! Ну и что? И чудеснее чудеса видывали, взять хотя бы шапку-невидимку или скатерть-самобранку. Так от них польза есть. И скромные они, лежат себе до поры до времени, пока не понадобятся. Они хозяину служат верой и правдой, а ваш телевизор только время от добрых дел отнимает.
Горячится домовенок, хочет доказать, что телевизор — вещь очень даже опасная. А тут на экране опять человечки появились. Сели шишига и девочка рядышком, в экран смотрят. Да так засмотрелись, что почти и не слышат, что им Кузька говорит. Обиделся он. Губу отпрюнил, пошел укромный уголок искать. Залез на карниз — высоко, удобно, только пыльно. Непорядок! Надо бы шишигу кликнуть, чтобы пыль слизала. Для нее это лакомство, как для человека сахарная пудра.
Только хотел домовенок Юльку позвать, как вспомнил, что он на нее обиделся. А самое неприятное было в том, что раньше для нее Кузька был самым уважаемым существом на свете, а сейчас, кажется, чудесный ящичек она любит даже больше, чем Кузьку…
Так и пошло. Сидит Наташа целыми днями перед ящичком как зачарованная, с Кузенькой не играет, мусор из избы не выносит, гулять не ходит. Шишига вообще от экрана не отрывается. Пристроилась на спинке дивана, чтобы ее лишний раз с места на место не передвигали, даже от родителей Наташи под игрушку не маскируется.
Кузьке, конечно, хочется иногда хоть одним глазком посмотреть, что там человечки на экране выделывают, да гордость не позволяет. Как же он смотреть будет, если сам говорит, что от ящичка — никакой пользы? Вот и бродит он по дому уже целый день один-одинешенек, на весь белый свет разобиженный. А пуще всего белого света — на телевизор. Не было его — и славненько все было: хозяйство спорилось, птички накормленные были, посуда на полках блестела, все между собой разговоры всякие умные и интересные вели.