СКАЗОЧКА ПРО ЁЛОЧКУ
Думаете, что ёлки — "зимой и летом одним цветом"? Стоят себе зелёненькие и счастливо шишками побрякивают. Ошибаетесь, потому что зимой, я теперь точно знаю, они белые-белые, вроде как достающие до небес сугробы. И постоянно цепляющиеся... Первое время я пугался, когда они колючими ветками за куртку хватались. И туда-сюда лыжами елозил, чтобы вырваться. От страху-то всякое бывает! А один раз я даже язык показал, чтобы знакомая ёлка обиделась посильнее. Только не тут-то было, она тоже не растерялась. Взяла и запустила снежком прямо за шиворот. Я обычно шарфом повязывался и капюшон на глаза опускал, а тут беззащитным оказался. Вот она и заприметила. Безобразница!
— Чего, — говорю, — дёргаешься?
А она иголки сморщила и запричитала:
— Язык не для того существует, чтобы его высовывать и дразниться...
Тогда я свой язык ещё сильнее высунул. Потому что он устал во рту без дела валяться. И как начал им всякие выкрутасы закручивать: тря-ли-маку-лу-ка-ра-ра-ра... Тут уж ёлка замолчала, наверное, не знала, чего ответить. Победил я её в споре! У меня таких ответиков штук сто найдётся. Намолол с три короба и дальше по лыжне побежал. А когда я свои обычные круги по лесу намотал, разматывать их не стало получаться. Лыжня будто в паутину превратилась, путаную и непонятную. И лес перестал быть весёлым. А всё из-за этой ёлки, которую я найти никак не мог. Я по ней всегда ориентировался. Сама огромная, а длинной кривой веткой в сторону сторожки показывает.
Сидел я теперь в сугробе весь заиндевевший и был, наверно, похож на монстра. Ни о чём не думал и замерзал потихоньку. И вдруг слышу: в заледеневшие уши шёпот пробивается.
— Иди, покажу дорожку, — наконец-то объявилась знакомая ёлка. А потом и веткой замахала, вроде как прятаться передумала. И я поплёлся греться в сторожку. — Придёшь, выпей чайку тёплого с мёдом, — прошелестела вслед ёлка, вроде как подружка.