Правы они были потому, что сам Ризаль в этот период еще искренно верил, что своим романом он борется только против засилья монахов, пробуждает национальную гордость и самосознание своего народа и помогает ему добиться совместно с прогрессивными элементами Испании изменений колониального режима мирным путем.
Неправы они были (здесь изощренные монахи обнаружили больше чутья) потому, что не учитывали, что роман объективно, помимо воли автора и несмотря на мирные тирады его главного героя Ибарро, зовет филиппинский народ на борьбу за национальное освобождение, на революционную борьбу не только с монахами, но со всей системой иноземного угнетения.
Уже в этом романе Ризаль, большой художник и патриот, не могущий спокойно рисовать страдания своего народа, побеждает Ризаля-философа, эволюциониста и пацифиста, сторонника мирных преобразований.
В этом заключалась громадная сила первого романа Ризаля: запоминались яркие картины колониального угнетения, возбуждающие протест и ненависть к колонизаторам, зовущие на борьбу за национальное освобождение.
Ризаль сознательно ставил себе целью разоблачение клеветы о филиппинском народе, веками распространяемой завоевателями.
Посылая доктору Блюментриту экземпляр только-что вышедшего романа, Ризаль писал: «…Я попытался сделать то, на что никто не решался: я взял на себя смелость ответить на клевету, веками тяготевшую над нами и нашей родиной. Я описал жизнь и социальные отношения на Филиппинах, я правдиво изобразил наши верования и надежды, стремления, желания и горести; я разоблачил лицемерие, надевшее маску религии, чтобы стать причиной нашего разорения и нравственного падения; я показал отличие истинной религии от ложной, от суеверия, торгующего божественными словами, чтобы получать от нас деньги и заставлять нас верить в нелепости, которые, став известными, заставили бы католическую церковь покраснеть от стыда.
Я выявил истинное значение блестящих, но лживых речей нашего правительства, я рассказал о наших заблуждениях, недостатках и пороках, о малодушии, с которым мы принимаем свои несчастья. Я отдавал должное добродетели, если встречал ее. Я не оплакивал наши несчастья, а осмеивал их, потому что никто не захотел бы плакать со мной, а кроме того — под смехом лучше всего скрывается печаль».
Ризаль знал, что он первым осмелился полностью затронуть вопросы, которых никто до него не касался. Он подчеркнул это уже самым названием романа «Ноли ме тангере» — «Не касайся меня». Выбирая названием своего романа слова, которые в евангелии воскресший Христос говорит Марии-Магдалине, Ризаль был далек от их религиозного содержания. Смысл выбранного им названия он достаточно наглядно разъяснил в своем предисловии к книге.
Посвящая написанный кровью сердца роман «своей родине», Хосе Ризаль писал: «В истории человеческих болезней говорится о злокачественной язве, самое легкое прикосновение к которой причиняет невыносимые страдания. Когда я призывал тебя, желая в условиях современной цивилизации, чтобы ты сопровождала меня в моих мечтах или чтобы сравнить тебя с другими странами, твой любимый образ представал передо мной, разъедаемый злокачественной же, но социальной язвой.
В поисках твоего спасения, которое является и нашим счастьем, я поступаю как древние, которые клали своих больных на пороге храма, чтобы каждый молящийся мог предложить свой способ лечения.