Во время пребывания Ризаля в Каламбе проводилось обследование каламбских арендаторов. Ризаль взялся за это дело; ему удалось во вполне лояльной форме показать убийственную картину бесправия и эксплуатации арендаторов. Его работа, подписанная официальными чиновниками, была напечатана и представлена в качестве доклада генерал-губернатору. Но даже либеральный Торрера положил доклад под сукно. Ведь регулирование взаимоотношений арендаторов с монахами должно было затронуть интересы большинства помещиков-испанцев, от которых целиком зависела и колониальная администрация.
Авторство Ризаля не укрылось от доминиканцев. Это усилило их ненависть к нему и его отцу, одному из крупных арендаторов Каламбы.
На этот раз генерал-губернатор посоветовал Ризалю немедленно покинуть остров, избавить себя от опасных нападок реакционеров. Совет был равносилен приказанию. В феврале 1888 года, пробыв на родине лишь полгода, Ризаль снова покидает Филиппины.
Через несколько лет Каламба, с ее аграрными конфликтами, станет ареной кровавых событий.
Борьба за реформы в Мадриде
Ризаль оставил Филиппины в феврале, а 1 марта движение против монахов, почти двадцать лет нараставшее в среде манильской буржуазии, вылилось в массовую демонстрацию. Многолюдная процессия, пройдя через город, вручила генерал-губернатору петицию на имя короля. В ней подробно перечислялись все злодеяния монахов, их оппозиция гражданским властям, все нарочитые трудности, которые монахи искусственно создавали на пути взаимного понимания Испании и Филиппин. Демонстранты несли лозунги «Да здравствует Испания!», «Да здравствует король!» «Ура армии!» «Долой монахов!».
Петиция была подписана видными манильскими гражданами — богатыми купцами, помещиками, промышленниками, не только филиппинцами и метисами, но и некоторыми испанцами.
Демонстрация вызвала волну репрессий. В том же году генерал-губернатора Торрера сменил Вейлер, прославившийся своими жестокостями на Филиппинах и особенно впоследствии на Кубе. По указке монахов, организаторов демонстрации и «подозрительных» граждан арестовывали и высылали. Многие сами поспешили выехать из Филиппин, боясь преследования.
Пропаганда реформ переносится в Европу. Здесь постепенно собирается ядро оппозиционной филиппинской буржуазии, возглавляемое Марсело дель Пилар.
Адвокат дель Пилар был одним из организаторов антимонашеской мартовской демонстрации. Он издавал журнал на тагалогском языке, где выступал с критикой и разоблачением деятельности монахов, печатал корреспонденции Ризаля из Европы, деятельно распространял его роман. Спасаясь от преследования, он бежал в Мадрид, но перед отъездом организовал в Маниле комитет пропаганды для сбора средств, необходимых, чтобы вести кампанию в Испании.