Четвертый человек, приехавший вместе с ним, наклонился над дедом. Это был доктор Коган, врач нашей городской амбулатории,- Мелик-заде привез его к умирающему. Пока доктор слушал пульс, дед тихо посмеивался и покачивал головой.
Доктор Коган опустил его руку и спрятал часы.
- Доктор, - строго. сказал дед, - мой гость уже у меня. Я должен сообщить ему важные вещи. Для этого мне нужно еще три часа. Как ты думаешь, есть у меня в запасе еще три часа?
Доктор Коган раскрыл свой чемодан с инструментами таким образом, что крышка заслонила его лицо. Он не отвечал. Он не знал, как ему ответить.
- Доктор, - сказал Мелик-заде, - я понимаю, что с такими больными вам еще не приходилось иметь дела. Тут надо говорить только правду.
Доктор захлопнул крышку.
- У вас еще есть сутки, за это я могу поручиться, - сказал он и, быстро поклонившись деду, вышел из сада на улицу. Видно было, как он расхаживал там и курил папиросы, одну за другой. Он был очень взволнован.
- Не будем тогда спешить, - усмехнулся дед. - Пусть гости отдохнут и закусят с дороги.
Снова у него дернулось плечо, очевидно, он хотел по привычке махнуть рукой, чтобы подали сюда в сад вино и угощение, но его поняли и так, и женщины сейчас же вынесли из дома столики, кувшины с вином и много блюд с различно приготовленными жаркими и сладостями. Две дочери приподняли его за плечи. Он тоже хотел вина и выпил целую чашку, которую поднес к его губам Орудж. («Пусть, пусть, это поддержит его сердце», шепнул Баширов.)
Гости ели и пили в молчании. Время от времени они поднимали чашки с вином и кивали головами хозяину: