В телеграмме было только три слова: «Буду, вечером Джамиль».
- Я не сомневался в том, что он б у д е т,-спокойно сказал дед.-Я только хотел знать - к о г д а ? Здесь из трех слов - два лишние.
С этого часа и до вечера он уже больше не спал, и мы не отходили от него. На закате приехал Джамиль Мелик-заде.
Он приехал на машине вместе с Гассаном Башировым, с двумя какими-то военными и еще с одним человеком, на которого поначалу никто и не взглянул.
- Отец, - сказал дядя Орудж, распахивая калитку в сад, - вот гость к тебе.
Дед смотрел прямо перед собой в лицо гостю.
- Здравствуй, - сказал Мелик-заде. - Прости, что так поздно…
Дед опустил глаза на свою руку. Было видно, что он пробовал ее приподнять и не мог. Плечо еще дергалось, от локтя же до кончиков пальцев рука была, уже неживая.
- Не слушается, - сказал он. - Возьми ее сам и пожми. И сядь. Вот тебе подушка.
- Доктор, - нахмурившись сказал гость, - посмотрите больного.