Джабар смотрел на него не отвечая.
- Зачем брать? - лениво сказал он.- Это твоя дыня, а не моя. Разве ты не знал?
Прохожий молчал.
- Нехороший ты человек, - продолжал Джабар. - Ты не знал, что это твои дыни, и все-таки взял одну, пока я спал, Ай-яй-яй! Сам себя обворовал, значит!
- Ну, давай сюда дыню, старик, - сердито сказал прохожий. - Болтаешь, как баба. Вон гроза собирается.
Джабар держал дыню в руках, смотрел на прохожего и качал головой.
- Ай-яй-яй! Если ты не знал, что дыни, которые растут по дорогам, твои дыни, - ты на дороге не работаешь. И ты груб со старым человеком, а я уже давно ни от кого не слыхал грубости. Вот ты наврал! про себя, да…
Прохожий отступил на шаг. Влево и вправо дорога была пуста. Он ударил старика по виску, и тот свалился ничком на дорогу. Все произошло в полминуты. Прохожий нагнулся над стариком, приподнял его за плечи и отшвырнул на бахчу. Только ноги в шерстяных чулках торчали над грядками. Так же быстро прохожий прикрыл их листвой и зашагал прочь. Вдруг он увидел нас. Мы вскочили с Бостаном, когда он ударил старика, и стояли теперь, сцепившись руками друг с другом. Он остановился, шагнул было к нам и, передумав, кинулся в сторону от дороги и вскоре исчез в орешнике позади бахчи.
Мы бросились к старику. Правый глаз его кровоточил, розовые пузырьки лопались у него на губах, - должно быть, он расшиб себе грудь при падении. Я крикнул Бостану: «Беги к реке, намочи рубашку, - может быть, он еще жив!», асам побежал по дороге, кричал, спотыкался, падал, звал на помощь.
Никого! Ни одной арбы, ни одного пешехода.