— Твоя это работа, больше некому, просто признаться боишься.
— Чего мне бояться? Все равно я несу ответственность как редактор. Кто бы ни рисовал. А только рисовал не я, а стенкор.
— Какой Стенкор? Откуда он взялся? У нас во всем поселке никакого Стенкора нет. Выдумываешь все.
Гоном еле сдерживается, чтобы не рассмеяться. Эттэлен уже включил ленту, на экране колышутся красивые волны. Но это не море, не вода, это созревшие под южным солнцем золотые волны колхозных нив.
— Ты еще ответишь, Гоном, — жужжит Кэнири. — Тебе влетит так, что позабудешь все свои ученые слова.
— Не мешай. Не влетит, все факты у нас проверенные.
— Нет, влетит. Вот увидишь.
— Тише там! — слышится голос Гэмалькота. — Мешаете!
Кэнири, наконец, замолкает. Чукотские охотники смотрят фильм о кубанских казаках.