— Давай скорѣе, воскликнула Анюта.
— Нѣтъ ужь позвольте! сказала Ѳеня высоко держа письмо, чтобъ Анюта его не выхватила и убѣжала махая имъ въ воздухѣ и приговаривая: Отдавать вамъ не приказано! Не приказано!
Анюта мгновенно вышла изъ себя.
— Отдай письмо! Отдай! Оно мое! Мое!
И нянька и гувернантка вышли поспѣшно изъ классной и застали Анюту въ припадкѣ яраго гнѣва. Миссъ Джемсъ, узнавъ въ чемъ дѣло, оставила Катерину Андреевну уговаривать Анюту и сошла внизъ къ Варварѣ Петровнѣ. Онѣ имѣли серьезное объясненіе. Миссъ Джемсъ расходилась во многомъ съ Варварой Петровной. Она находила, что Анюта имѣла право писать къ дядѣ, что хотѣла, что дядя замѣнилъ ей отца. Варвара Петровна желала вырвать изъ сердца племянницы любовь, тѣсно связывавшую ее съ провинціальными родными, незнатнаго рода, не имѣющими положенія въ томъ кругу, гдѣ Анюта должна была провести жизнь свою. И теперь миссъ Джемсъ горячо протестовала противъ распоряженія, по которому Анютѣ не отдаютъ писемъ ея изъ дому, отъ семьи. Но Варвара Петровна была упорна и задавшись чѣмъ-нибудь преслѣдовала цѣль неуклонно. Она положила конецъ представленіямъ гувернантки и сказала рѣшительно:
— Я такъ хочу.
— Дѣвочка, возразила миссъ Джемсъ, — вотъ уже болѣе недѣли безпокойна. Она очевидно ждала письма съ нетерпѣніемъ, а теперь ей не отдаютъ его. Это жестоко.
— Вотъ письмо, отдайте, сказала Варвара Петровна. — я не имѣла намѣренія скрыть его, я только хочу, чтобы всѣ письма къ ней проходили черезъ мои руки.
Но я сдѣлаю сгрогій выговоръ горничной; я не допущу, чтобы смѣялись и оскорбляли чувство моей питомицы такими глупыми выходками, сказала горячо миссъ Джемсъ.
— Въ другой разъ швейцаръ будетъ приносить прямо ко мнѣ всѣ письма, сказала Варвара Петровна.