— Куда? спросила она.
— Развѣ вы не слыхали, за мной присылала тетушка.
— Не за вами, а за мной, съ приказаніемъ привести васъ. Мы пойдемъ, но сперва васъ надо оправить. Катерина Андреевна, прошу васъ, займитесь Анютой.
Катерина Андреевна тотчасъ заставила Анюту умыть руки, тщательно пригладила ея волосы и хотѣла надѣть другое платье, но миссъ Джемсъ сказала:
— Не нужно. Она одѣта прилично и этого достаточно, и приказала Анютѣ идти внизъ, не спѣшить, и сама пошла за нею.
Войдя въ гостиную Анюта увидѣла восьмидесяти-лѣтнюю старуху, съ рѣзкими чертами лица, съ двумя сѣдыми большими буклями подъ черною шляпой, высокую, вида величаваго, съ умными большими сѣрыми глазами. Она сидѣла въ покойномъ креслѣ рядомъ съ больною, а противъ нея на стульяхъ помѣстились и Лидія и Варвара Петровна. Старуха говорила сильнымъ громкимъ голосомъ, по-французски.
— А! вотъ она, ваша питомица, сказала она увидя входящую Анюту. — Подойдите, дитя мое.
Она зорко оглядѣла ее и прибавила обращаясь къ Богуславовымъ:
— Не дурна собою. Лицо не дюжинное. А по-французски говорите? спросила она у Анюты.
— Говорю, отвѣчала Анюта по-французски.