— Ахъ, пожалуста загодя, воскликнула Анюта.
— Оставь ихъ, сказала Александра Петровна сестрѣ: — ты видишь, онѣ обѣ какъ въ чаду, и она засмѣялась.
Ни единаго куска не проглотила Анюта во время обѣда и постоянно глядѣла на часы. Къ ея испугу, они пробили шесть, а Александра Петровна, медленно разговаривая съ сестрами, перебирала виноградъ и рѣзала грушу и точно забыла, что пора вставать изъ-за стола. Анюта взглядывала на нее съ безпокойствомъ. Наконецъ Александра Петровна замѣтила ея взгляды, опять разсмѣялась и сказала лакею: — Отодвинь кресло.
Всѣ встали и подошли къ ней, какъ къ старшей; она всѣхъ перецѣловала и когда чередъ дошелъ до Анюты, сказала ей:
— Твои глаза такъ и горятъ. Я свою грушу изъ-за тебя не доѣла, ну, такъ и быть.
— Позвольте мнѣ идти одѣваться.
— Ну иди, иди.
И Анюта, какъ дикая козочка, помчалась на верхъ. Еще изъ своей прихожей она кричала:
— Катерина Андреевна, скорѣй, скорѣй! Пожалуста, прошу васъ, скорѣй одѣваться!
— Да куда вы спѣшите — времени много. Смотрите на что вы похожи — красная какъ ракъ. Садитесь и сидите смирно, я васъ причешу.