Въ эту минуту Арину Васильевну позвали и она поспѣшно своими неслышными шагами сошла внизъ.
Анюта давно уже повадилась въ свободную минуту украдкой забѣгать къ Аринѣ Васильевнѣ въ ея маленькую, чистенькую, въ одно окно комнатку, находившуюся близъ гостиной Александры Петровны. Всегда послѣ обѣда въ сумерки сидѣла старушка съ зажженною свѣчкой и читала огромную книгу, которую Анюта едва ли могла поднять.
— Что вы читаете? съ любопытствомъ спрашивала Анюта.
— Четь-Минеи, житія святыхъ, говорила старушка.
— Что это такое? спрашивала Анюта.
— Вотъ васъ учатъ многому, а настоящему-то не учатъ. Не знаете, какъ жили люди любившіе Бога паче всего и все ему отдавшіе, и самую жизнь свою; они умерли въ мукахъ, съ радостію, во имя Его.
— Зачѣмъ въ мукахъ, кто ихъ мучилъ?
— Злые люди, идолопоклонники. Да развѣ батюшка не училъ васъ этому?
— Батюшка учитъ меня катехизису и молитвы объясняетъ, литургію тоже, а объ этомъ не говорилъ. Разскажите мнѣ.
И Арина Васильевна принималась ей разсказывать о житіи того или другаго святаго простыми словами, но съ такимъ чувствомъ, что разсказывая плакала. Анюта слушала съ волненіемъ и трепетомъ и у нея на глазахъ блистали слезы.