Анюта припала къ старушкѣ, еще ближе прижалась къ ней и обняла ее крѣпче.
— Такъ-то, милая ты моя, а теперь почитаю я съ тобою божественное и лягъ ты почивать помолившись, а завтра что Богъ дастъ и скажи изъ глубины своего невиннаго дѣтскаго сердца. Отецъ милосердный, да будетъ воля Твоя.
Арина Васильевна прочитала Анютѣ два псалма наизустъ и уложила ее въ постель, заставивъ повторить столь чтимыя ею слова: да будетъ воля Твоя.
Рано утромъ пришла миссъ Джемсъ, но напрасно силилась она развлечь Анюту. Она отказалась ото всякаго чтенія и занятій и просила отпустить ее къ Аринѣ Васильевнѣ, Варвара Петровна позволила и Анюта застала старушку въ заячьей черной шубкѣ.
— Куда вы? спросила Анюта.
— А я къ обѣднѣ, а оттуда ко Всѣхъ Скорбящихъ Божіей Матери о тебѣ и о твоемъ дядюшкѣ Богу молиться. Молебенъ отслужу за здравіе его.
— Подождите меня, и я съ вами, сказала Анюта и стремглавъ бросилась къ теткѣ. Варвара Петровна еще не окончила своего утренняго туалета, но заслышавъ торопливые шаги Анюты позволила ей войти. Анюта просила отпустить ее на богомолье съ Ариной Васильевной и страшилась получить отказъ, но къ ея немалому удивленію Варвара Петровна ласково отвѣчала ей, что она можетъ ходить всякій день съ Ариной Васильевной, въ какія ей вздумается церкви, часовни и монастыри. Она прибавила, что послала другую депешу въ К** и ждетъ отвѣта каждую минуту.
Анюта поспѣшно одѣлась и ушла со старушкой пѣшкомъ на богомолье. Не близко — съ Покровки до церкви Божіей Матери Всѣхъ Скорбящихъ, находящейся за Москвой-рѣкой, но Анюта шла бодро и не чувствовала усталости…
Когда она воротилась домой, въ ея комнатѣ заботливо накрытъ былъ столъ и приготовленъ чай; обѣ ея воспитательницы, и Нѣмка и Англичанка, дожидались ее съ нетерпѣінемъ и спѣшили напоить и накормить ее, зная, что она ушла изъ дому на тощакъ. Анюта усадила съ собою за столъ Арину Васильевну и обѣ вмѣстѣ онѣ стали пить чай съ просфорой принесенною изъ церкви.
Миссъ Джемсъ глядѣла на Анюту молча, но въ холодномъ лицѣ ея засвѣтилась какая-то искра чувства при видѣ этой дѣвочки съ блѣднымъ лицомъ и красными отъ слезъ глазами, которая прилѣпилась всею душою къ старушкѣ ключницѣ.