— Совсѣмъ не то и ничего не вела я круто, отвѣчала Варвара Петровна рѣзко. — Еслибъ я повела дѣло рѣшительно и не пускала бы въ домъ студента Долинскаго ничего бы этого не случилось. Онъ всему злу корень.
— Вы забываете, осмѣлилась вставить свое слово Лидія, ободренная присутствіемъ брата, всегда къ ней ласковаго, что когда Анюта была ребенкомъ, когда она сердилась и ее наказывали, она всегда восклицала: «выросту къ своимъ уѣду!» Вотъ она теперь выросла и хочетъ уѣхать.
— Все это одни пустыя слова, сказалъ генералъ, — и ни къ чему не ведутъ. Что было то прошло, а теперь такъ или иначе ее надо удержать здѣсь, а потомъ сдѣлать домъ вашъ ей пріятнымъ. Нельзя запереть дѣвушку, богатую невѣсту, въ эти пустынныя гостиныя и залы.
Генералъ посмотрѣлъ на амфиладу комнатъ съ нѣкоторымъ ужасомъ, не лишеннымъ комизма.
— Я ужь рѣшилась принимать, давать вечера и даже одинъ большой балъ, сказала Александра Петровна. — Я все сдѣлаю для ея удовольствія.
— И уморишь себя, подсказала Варвара Петровна съ горечью.
— Пустяки, воскликнулъ генералъ, — никто еще не умиралъ отъ пріемовъ. Саша можетъ удалиться къ себѣ, не оставаться до конца вечера — васъ трое, стало-быть, хозяекъ вдоволь. Мнѣ однако время терять нельзя, я спѣшу. Пошлите за Анной, я постараюсь образумить ее.
Варвара Петровна позвонила и приказала вошедшему лакею просить княжну сойти внизъ и прибавила обращаясь къ брату:
— Вотъ ты и посуди самъ, хорошо ли она воспитана, какъ дѣвица большаго свѣта и хорошаго тона.
Она повторила слова брата съ легкою насмѣшкой и упрекомъ.