Когда понуждаемый Фленсбургомъ, принцъ Жоржъ доложилъ государю объ исторіи съ Котцау, Петръ Ѳедорычъ страшно разгнѣвался и вспылилъ. Но когда затѣмъ принцъ началъ разсказъ и передалъ все въ подробностяхъ, то государь такъ долго и искренно хохоталъ до слезъ, что послѣ такого смѣха даже мудрено было перейти къ суровому наказанію. Онъ заставилъ нѣсколько разъ принца Жоржа снова пересказать себѣ все до мелочей и досадовалъ, что нѣкоторыхъ подробностей принцъ Жоржъ самъ не зналъ. Разумѣется, что послѣ того Петръ Ѳедоровичъ согласился, пожимая плечами, что буяновъ слѣдуетъ арестовать. При этомъ государь прибавилъ, что дѣло исключительно касается самого принца, какъ шефа всей гвардіи. Такимъ образомъ Орловы были арестованы по распоряженію самого принца Голштинскаго.
Фленсбургъ сильно взбѣсился, узнавъ о результатѣ свиданія принца съ государемъ.
— Стало быть, однимъ арестомъ все и кончится?! воскликнулъ онъ. — Вотъ видите, ваше высочество, я былъ правъ: если бы вы повезли Котцау съ этой миской на головѣ въ самый дворецъ, то было бы иначе.
— Ахъ, милый Генрихъ, — оправдывался принцъ:- напротивъ, если бы я свезъ Котцау въ этомъ уборѣ, вышло бы еще хуже. Если одинъ разсказъ разсмѣшилъ государя, то понимаете, что бы было, если бъ онъ увидалъ самого ротмейстера: Котцау бы даже обидѣлся и уѣхалъ обратно.
И Фленсбургъ, по личному распоряженію принца, вмѣстѣ съ маіоромъ Воейковымъ арестовалъ Орловыхъ и самъ сдалъ на преображенскій дворъ.
Послѣ своего возвращенія изъ ссылки, Фленсбургъ ни разу еще не бывалъ на ротномъ дворѣ перваго петербургскаго полка, Онъ былъ пораженъ тѣмъ, что нашелъ тамъ. Когда онъ передалъ потомъ принцу, что такое видѣнныя имъ казармы, принцъ широко раскрылъ глаза и почти не вѣрилъ. Было рѣшено, что принцу надобно въ числѣ другихъ дѣлъ, касавшихся гвардіи, прежде всего заняться преображенцами. Фленсбургъ посовѣтовалъ принцу, не откладывая въ долгій ящикъ, произвести смотръ этому «вертепу», какъ называлъ онъ дворъ.
Дѣйствительно, черезъ два или три дня, не объявляя ни слова о своемъ намѣреніи, принцъ въ сопровожденіи Фленсбурга явился на ротномъ дворѣ.
Переполохъ, разумѣется, сдѣлался страшный. Орловы, сидѣвшіе подъ арестомъ въ одной изъ горницъ, увидя подъѣхавшаго въ каретѣ принца, конечно, приготовились къ допросу и къ немедленной высылкѣ изъ города.
Шепелевъ, бывшій у дяди, рѣшилъ, что этотъ пріѣздъ касается до него, что его тоже немедленно арестуютъ за что нибудь; и молодой человѣкъ сталъ припоминать, не сдѣлалъ ли онъ, дѣйствительно, какой нибудь ужасной дерзости, когда былъ у принца съ слесаремъ.
Молодой Державинъ, узнавъ о появленіи принца, тотчасъ же нацѣпилъ всю амуницію и быстро сбѣжалъ внизъ. Судя по веселому лицу его, можно было подумать, что онъ отъ визита принца, ничего, кромѣ хорошаго, для себя не ожидаетъ.