– Ну теперь, – выговорил он, обращаясь к аббату, – теперь скорей. Тебе…
– Да, уж мне, – выговорил этот глухо.
Отец Игнатий тотчас вышел из спальни, остановился в кабинете и прислушался к шороху, происходившему в спальне; он стоял как истукан, тяжело переводя дыхание.
А там между тем преступник, переодетый аббатом, спокойно своими страшными лапами работал…
Вытащив обе большие подушки из-под онемевшего графа, он набросил их ему на лицо и навалился…
Через час все трое прислушались у дверей коридора. Все в доме спало.
Отец Игнатий тихо вынул ключ из двери и передал его знахарю.
Тот быстро сбегал в спальню и положил его на столике около кровати, на которой снова в прежнем положении на двух подушках лежал уже не усыпленный искусственно, а задушенный злодеями мертвец.
Так же быстро вернулся знахарь к дверям, где еще все прислушивались два его товарища. Другой ключ, поддельный, был уже тихонько вложен капелланом в дверь, и он все еще не решался отворить.
– Что ж вы? – спросил аббат.